Шилин А.И. Традиция мужского исполнительства в русской народной хореографии

Танцы на праздничном гулянии в д. Мягозеро Тихвинского у. (Новгородская губ., 1902 г.). Фототека РЭМ. № 322 – 21/17.

Шилин А.И. Традиция мужского исполнительства в русской народной хореографии // Мужской сборник: Вып. 1. Мужчина в традиционной культуре: Социальные и профессиональные статусы и роли. Сила и власть. Мужская атрибутика. Мужской фольклор / Сост. И.А. Морозов. Отв. ред. С.П. Бушкевич. – М., Лабиринт, 2001. – С. 177 – 183.

Милютин В. Фольклорный танец: сбор, запись, терминология

Милютин В. Фольклорный танец: сбор, запись, терминология. Методическое пособие. Чебоксары, 1998. 43 с.

Автор пособия В.А. Милютин – ведущий методист по хореографии Республиканского научно методического центра неродного творчества Министерства культуры и по делам национальностей Чувашской Республики, балетмейстер – педагог, заслуженный работник культуры Чувашской Республики – обобщает чувашский фольклорно-хореографический материал, собранный им во время этнографических экспедиций по Самарской, Ульяновской областям, республикам Татарстан, Башкортостан и Чувашии Предлагается методика сбора, записи бытующего хоровода, игровых хороводов, танцев и пляски, свод хореографических терминов. Собранный материал может быть использован для создания хореографических сценических композиций.

Издание адресовано руководителям и балетмейстерам народных хореографических коллективов, а также руководителям фольклорных ансамблей и любителям народного творчества.

 

 

Кубанские танцы (методические рекомендации)

Кубанские танцы (методические рекомендации). Краснодар: Краевой научно-методический центр народного творчества и культурно-просветительной работы управления культуры Краснодарского крайисполкома 1989. — 189 с.

В книгу вошли: небольшая вступительная статья известного на Кубани хореографа, кандидата искусствоведения Л.Г. Нагайцевой и описания пяти местных танцев, выполненные рядом хореографов. Во вступлении автор указывает на то, что «вслед за изменением образа жизни и современным мышлением изменилась и среда бытования танцев […] Оставаясь принадлежностью жизненно-бытовой сферы, традиционные танцы наибольшее распространение получили в коллективном самодеятельном хореографическом творчестве кубанцев» [подчеркнуто А.И. Шилиным]. В книгу вошли описания не аутентичных оригиналов, бытовавших в сельской среде, а сценические варианты, записанные, обработанные, либо сочиненные хореографами.

 

Пляска донских казаков в постановке И. Петренко. Репертуарный сборник армейской художественной самодеятельности

Пляска донских казаков в постановке И. Петренко. Репертуарный сборник армейской художественной самодеятельности. — М.: 1951. — 31 с.

«Пляска донских казаков» в постановке И. Петренко, опубликованная в Репертуарном сборнике для армейской художественной самодеятельности (Москва, 1951) — первое известное нам описание мужской казачьей пляски. Грамотно и  полно записал танец Ф. Денисов. А. Зайцева выполнила 47 подробных рисунков движений танца. К танцу дано выполненное для баяна переложение «Донского казачка» (автор и переложения и записи музыки неизвестен).

Голейзовский К.Я. Образы русской народной хореографии

Голейзовский К.Я. Образы русской народной хореографии [Текст] / [Общая ред. и послесл. М. Левина]. — Москва : Искусство, 1964. — 368 с., 1 л. портр. : ил., нот. ил.; 22 см.

Предметом данного исследования является хореография, и поэтому в центре вни­мания остается танец. Скромная задача, поставленная автором, описать элементы движения, в част­ности и главным образом движения танцевального, в русских народных играх-песнях — по необходимости· привела к расположению всего материала по трем разделам: 1) игрища, обряды, праздники, гулянья; 2) хороводы и игры; 3) пляски и коленца. Думается, что именно этот путь — общего, более масштабного,  к частному — первичными элементам, клеткам уже описанного целостного организма — будет наиболее наглядным для читателя, интересующегося русской народной хореографией, ее истоками и практикой.
Хореограф-практик найдет в этой книге материал для размышлений и во­площений, а исследователь-фольклорист, вооруженный научной методологией, получит дополнительный источник для теоретических построений и выводов.